Недолюбливаю современную литературу, но иногда в ней всё же попадаются перлы. Вот давеча прочёл первый том Юрия Полякова «Гипсовый трубач». Автора-то я оценил ещё с армии («100 дней» читал в «Юности» как раз во время службы), однако с тех пор ознакомился только с «Козлёнком».

В общем, здорово посмеялся и погрустил. Книга по форме весьма напоминает «Шляхтича»: единый обрамляющий сюжет о сценаристе и режиссёре, которые работают над сценарием фильма, а по ходу дела рассказывают друг другу уйму разных восхитительных историй.

Не удержусь, приведу одну из них, которая весьма напомнила мне историю сыновей ученика Менделеева, Леонарда Ивановского, один из которых стал поляком, другой – литовцем, а третий – белорусом. В общем, полюбопытствуйте:

Мой дед Станислав Юзефович Болтянский попал в Сибирь за участие в польском восстании. В Тобольске он остепенился и женился на дочери такого же ссыльного поляка – Марысе Гржимальской. О, это была романтическая история! Он стрелялся из-за неё с офицером гарнизона Захариным, был ранен и шёл под венец с неподвижной рукой на черной перевязи. Мой отец Казимир Станиславович родился в Тобольске, окончил Казанский университет и служил по налоговому ведомству в Красноярске. Женился он, вопреки воле отца, уже не на польке, а на русской – дочери купца второй гильдии Антонине Коромысловой. У них было четыре сына: Бронислав, Мечислав, Вячеслав и я, младший.

Когда грянула революция, мне было всего семь лет, но я хорошо помню, как отец, сильно болевший, призвал нас к своему одру и сказал […]: «Сыны мои, началась революция! Ничего доброго это нам не сулит. Революцию начинают от хорошей жизни и заканчивают от плохой. Прольются моря крови, погибнут миллионы, но наш род должен уцелеть. Любой ценой. Способ один: не держать яйца в одной корзине. Посему ты, Бронислав, езжай в Варшаву к генералу Пилсудскому. Будешь поляком, как славные наши дзяды! Служи ему верой и правдой и отомсти проклятым москалям за все разделы Польши, особенно за третий. Когда все уляжется, женись! Но варшавянку или краковянку не бери – намучаешься с их гонором. Подыщи себе скромную девушку из местечка поближе к Белоруссии. А теперь не мешкай, возьми пенендзы на дорогу и мою шляхетскую грамоту (они в шкапу, под отрезом сукна) и в путь! Обними же, старший сын, меня на прощанье! Мы больше никогда не увидимся!» Бронислав крепко обнял отца, вытер слезы и вышел вон… Отец от слабости тут же потерял сознание. Мать зарыдала, думала: преставился… Но нет: поднесли к лицу зеркальце, и оно слегка запотело […]

Тут отец очнулся [...]. «Мечислав, – позвал он слабым голосом. – Ты будешь русским патриотом! Езжай на Дон к генералу Корнилову, храбро бейся за единую и неделимую Россию, мсти всем, кто разваливал великую нашу империю, особенно полякам, евреям и латышам. Не лютуй, но и спуску не давай: поляков расстреливай, остальных вешай! Если Белое дело победит, женись на дочке смоленского помещика из уезда, поближе к Белоруссии. После Гражданской войны мужчин останется мало, а ты – офицер, спаситель Отечества. Сможешь выбрать кого захочешь! Не мешкай, возьми в шкапу, под сукном пенендзы на дорогу и бумаги, подтверждающие, что ты сын служилого российского дворянина. Обними мать – и в путь! Чем раньше доберешься до Корнилова, тем ближе будешь к нему. Держись при штабе. Штабные первыми получают награды и первыми эвакуируются в случае чего». Сказав это, отец снова потерял сознание […]

пан Казимир снова очнулся и позвал:

– Вячеслав!

– Я здесь, отец!

– Ты, Стась, будешь интернационалистом! Езжай срочно в Питер, к Троцкому! Преданно служи делу революции, а в графе «национальность» всегда пиши «коммунист»…

– Я ж поляк! – вскипел мой брат.

– Ты пиши! – повторил с усилием батюшка. – Господь потом своих отсортирует. Если будет такая возможность, поступай на службу в ЧК – там власть, кровь, а значит, и деньги. Экспроприация, сынок, это всего лишь перекладывание денег из одного кармана в другой. Карай усердно, но без жестокости. Жестокие увлекаются, и в них часто свои же стреляют по ошибке. Когда борьба утихнет, женись на дочке непьющего пролетария или еврейке из местечка поближе к Белоруссии. При первой возможности просись на работу в банк – деньги охранять. Понял? А теперь возьми в шкапу под сукном пенендзы на дорогу и бумаги о том, что твой дед был сослан в Сибирь за восстание против русского царя. Лучшего рекомендательного письма Троцкому и не надо! Обними мать – и в путь! [...]

«Янек! – позвал меня отец слабым голосом. – Подойди, сынок! Ты самый младший, и ты никуда не поедешь, останешься с матерью, будешь оберегать её, помогать и ждать». – «Чего ждать?» – воскликнул я. – «Будешь ждать своего часа! Тебе сейчас семь. Думаю, вся эта неразбериха закончится лет через десять. Появится новый царь, и наступит покой. Ты присоединишься к победившим. Кто это будет, не знаю. Сам разберешься. Учись и востри ум, младший сын! Вот, возьми мой нательный крест…» Отец попытался снять с шеи шнурок с крошечным серебряным Распятием, и это усилие стоило ему жизни. Мать, рыдая, упала на грудь покойного […]

Полный текст книги доступен в сети по адресу:

lib.rus.ec/b/133580/download